Одесса была под оккупацией немцев и румынов 907 дней. 10 апреля 1944 года город заняли советские войска. Освобождение было стремительным — в течение двух дней захватчики были выбиты из города. Не остановила освободителей погода, той весной на редкость неблагоприятная, со снегом и дождями, морозом и оттепелями, и разбитые дороги. Военные старались максимально бережно отнестись к городу, который освобождали. Возможно потому, что руководил операцией генерал Малиновский, одессит по происхождению.
Армия перекатилась через город и ушла дальше, на восток. Одесситы же остались. Им опять предстояли смена власти, восстановление, выживание… Больше на odessayes.com.ua.
Каким был город после освобождения
Однако, несмотря на все попытки советских военных максимально сохранить Одессу, город весной 1944-го года лежал в руинах. Поспешно отступая, немцы и румыны тем не менее успели здесь многое испортить. Порт был разрушен почти полностью, не было больше холодильника, пассажирских причалов, торговых складов. Одесситы, придя на Потемкинскую лестницу, видели внизу еще дымящиеся кое-где пожарища. Разрушены были больницы, институты, судоремонтный завод, примерно 15% жилого фонда. Немцы заложили взрывчатку в здание Оперного театра, Воронцовского дворца и филармонии, но столь стремительное наступление советской армии помешало провести взрывы.
В ужасном состоянии были дороги, изувеченные взрывами и артиллерийскими обстрелами.
Но еще страшнее были жертвы человеческие, особенно среди еврейского населения. В начале 1942-го года румынская перепись насчитывала в Одессе примерно 360 тысяч жителей. Весной 1944-го освободителей встретили только 250…
Чистки среди горожан после освобождения
Солдат встречали улыбками девушек и колокольным звоном, угощали тем, что имели. Горожане радовались, что наконец-то пришли свои! Какой бы бархатной не пытались некоторые историки изобразить румынскую оккупацию, это все равно была власть захватчиков, и жителям так или иначе приходилось подчиняться врагу.
Однако радость эта была отравлена страхом. Люди прекрасно помнили — что такое НКВД. И страхи эти себя оправдали.
Те, кто смог выжить при румынах и немцах, были у чекистов под особым подозрением. Уже через несколько дней одесситы начали получать повестки. Необходимо было явиться в “органы” и объяснить — что они делали при оккупантах. Начались аресты. Работы у “смершевцев” было огромное количество. Опросить всех дворников, провести очные ставки, перекрестные допросы, выявить всех, кто замарал себя при оккупантах. А таковым, по сути, являлся каждый. При румынах людям приходилось работать, чтобы выжить. А этого порой было достаточно, чтобы стать “врагом народа”.
На улицах в огромном количестве стали появляться беспризорные дети, родители которых отправились по этапу. Судьба их, грязных, голодных, бесхозных, особо никого не интересовала. Одни из них пополняли шайки и банды, других отправляли в детские дома, где условия были далекими от приемлемых.
В итоге к январю 1945-го года в Одессе оставалось уже только 160 тысяч жителей, которым посчастливилось уцелеть в послевоенных чистках.
Квартиры тех, кто под конвоем покинул город, зачастую навсегда, заселяли выходцами из восточных областей СССР, которые ехали сюда на восстановление города. Такое вот своеобразное переселение народов.
Кроме беспризорных детей, улицы города наводнили бывшие фронтовики, ставшие инвалидами. Им полагалось месячное пособие, но его не хватало даже на еду. В итоге люди вынуждены были просить милостыню на улицах города. Это, конечно, плохо вписывалось в картину блистательно победившей страны. Поэтому к концу 1947-го года всех их благополучно переправили в так называемые “санаторные” лагеря для увечных солдат, откуда они уже не возвращались.
Бандитизм в послевоенной Одессе
Но не только представители “органов” терроризировали горожан. Преступность в городе переросла все мыслимые и немыслимые границы. Этому способствовали, с одной стороны, отсутствие средств к существованию в первые месяцы после освобождения. С другой — большое количество оружия, которое осталось в руках у жителей. Примыкали к бандитам и бывшие фронтовики, которые не могли найти себе применение в мирной жизни, и те, кто скрывался от большевиков в страхе за свою предательскую деятельность во время оккупации.
Дошло до того, что руководители бандформирований издавали законы, которым должны были следовать горожане.
Грабежу подвергались фабрики, заводы, более-менее зажиточные горожане. Далее ситуация усугубилась двумя засушливыми годами, когда руководство вынуждено было, ради спасения жизни граждан, ввести продуктовые карточки. Эти карточки также становились объектом воровских интересов.
Конечно, в городе была милиция. Но сотрудников катастрофически не хватало. И те, кто был, также могли подвергнуться нападению, поскольку у милиционеров имелось оружие. Вот и ходили по городу — милиционер и два автоматчика, которые его охраняли.
Бандитов нужно было ликвидировать. И в конце концов это сделать удалось. До сих пор историки гадают — была ли операция “Маскарад” в действительности или это одна из легенд о маршале Жукове. Документальных записей об этой операции не осталось. Это неудивительно, поскольку даже в Советском Союзе, весьма вольно трактующем положения юриспруденции, данная операция выглядит стоящей вовсе за рамками законности.
Переодетые в дорогую гражданскую одежду, но при этом вооруженные до зубов чекисты якобы прохаживались по темным ночным переулкам, привлекая к себе внимание бандитов. При попытке нападения их просто расстреливали, в упор, без суда и следствия. Причем трупы не убирали, чтобы утром все могли видеть — какая судьба ждет грабителей на улицах Одессы. Говорят, что почти на двести человек уменьшилось количество воров и и мародеров в Одессе всего за три ночи. Так ли это, нет ли — неизвестно, некоторые архивные материалы о деятельности чекистов и милиционеров в 30-40-х годах прошлого века до сих пор засекречены. Ясно одно — бандитизм на улицах Одессы стал заметно уменьшаться.
Постепенно город поднимался из руин, мирная жизнь налаживалась. В первую очередь, конечно, восстанавливали промышленные объекты. Жилой фонд в довоенных размерах удалось отстроить только к 1954-му году.